Остров спасения.

На остров Толабск (о. Залита) я начал ездить с 1995 года. Сначала один, потом с семьей, потом с крестником. А нынешняя поездка получилась удивительным образом и, как всегда это бывает у батюшки Николая, принесла много новых и радостных впечатлений и знакомств. Батюшкин остров — это целая страна на маленьком клочке земли среди обширных вод. Как вершина Арарата посреди всемирного потопа. Кто хоть раз побывал в ней, никогда не забудет ее атмосферу, заполненную неземной любовью и благодатью. Но вступить на эту Землю непросто и без духовного усилия над собой невозможно. Пересечь границу этой Страны можно только открытым сердцем и покаянною душою. А уж как блаженствует раскаянная в грехах душа, знает всякий кто вкусил этой дарованной свободы! Отец Николая Гурьянов своим подвигом жизни во Христе, своей молитвой и слезами скорби за людей вымолил у Господа этот оазис всепрощения для всех желающих спасти свою душу.

Коты, собаки и мотобот

Прибыли мы на пристань реки Толба с моим крестником  25 февраля во вторник. Время было около 9-ти утра, день задался ясным, на небе ни облачка, а на реке полный штиль. Правда, холодно на улице и морозец  градуса минус 4 из машины выходить не хочется. Звоним на остров, докладываем, что мы на месте и ждем лодку за нами. Там отвечают, накануне пробовали проехать, не смогли, много нагнало ветром льда к устью реки на выходе к озеру. Сейчас ещё отправят лодку, но не известно — что из этого выйдет? Думаю про себя, мол, вот и начались искушения и препятствия! Но без этого ведь не бывает в поломничестве, батюшка благословит и всё разрешится. Пока ждём лодку, думаю, надо помолиться. А старая пристань тем временем полна движения. Экскаватор работает, рабочие что — то делают, туда сюда что — то таскают. Смотрю, а ведь это, похоже, новую пристань делают, вон и сваи торчат на подготовленной площадке. А давай-ка, предлагаю я крестнику своему дьякону Сергию, освятим закладку новой пристани — что нам мешает? И, может быть, батюшке Николаю как раз будет хороший повод умолить Господа допустить нас, грешников, на святое место? Сказано — сделано. И вот уже святой водой и кадилом из требной сумки проходим мы по песчаным колеям стройплощадки, насыщая благовонием ладана  здешний воздух и благословляя окрест себя всю будущую конструкцию пристани. Рабочие с пониманием приостановили дела и наблюдали за нашими действиями. К освященству здесь привыкли давно. Девять свай — столпов, возвышающихся над берегом, помазал я святым маслом и, совершив отпуст, закончил молебен. Звонят к этому времени с острова — неужели пробился лодочник? Ан, нет. Лодка дошла до ледников и развернулась обратно. Что делать?! Стали расспрашивать местных о возможных рейсах рыбацких катеров — есть ведь и воздушная подушка МЧС, нам накануне о ней говорили. Дали нам номер телефона, звоним, но водитель аэроподушки, как оказалось, уже едет на ней в город в обход льда и сегодня нас забрать не сможет. Тут проскакивает информация о том, что с острова должен отплыть мотобот с рыбой и на обратном пути капитан мог бы взять нас с собой. К пристани с трассы в это время подошли несколько машин и  среди них грузовик с крытым кузовом. Наверное он приехал за этой самой рыбой, которую везёт наш мотобот? Надежда вспыхнула новым светом — значит всё-таки попадем мы на остров к батюшке? Но что это за люди выходящие из машин, и ведь их немало?! Неужели тоже паломники? Точно, вон и священники среди них, и лица у людей радостные и вдохновенные, с предвкушением встречи с дорогим батюшкой Николаем. Оказывается, как вскоре выяснилось, они заранее договорились с капитаном мотобота о доставке их на остров. А мы получается в нагрузку им и возьмут ли нас или нет на борт — пока остаётся вопросом. Однако и эта надежда начинает таять — больше часа ждём желанный катер, а его всё нет и нет! Неужели застрял во льдах? И тут на арену (на берег песчанный и крутой) выходит рыжий кот! Уверенный и спокойный, он по-деловому обходит территорию, не обращая никакого внимания в нашу сторону. Немного погодя появляются ещё коты, а спустя минут 15, по направлению к пристани выплывает и сам мотобот. Как они узнали заранее о прибытии богатого улова рыбы — непонятно! Начинается разгрузка ящиков с озерной рыбой. Котам бросают по мелкой рыбешке и они быстро справляются с подарками, чтобы не пропустить чего-нибудь ещё. Кому — то, запоздавшему, и не хватило. Рыжий удостоился награды первым, он самый прозорливый, заранее почуял добычу. А тот кто опоздал, жалобно просил милостыню у всех. Вот и разгрузка закончилась и народ пошёл устраиваться на палубу мотобота. Мы же вежливо подошли к капитану и, также как опоздавшие коты, стали жалобно рассказывать о своей неудаче. На наше счастье капитан согласился принять нас на корму, где грудились пустые ящики из под рыбы, почти на самый край катера, где и перегородки то никакой не было ради удобства при разгрузке. Так что вода была предельно близко,  зато мы были на борту судна и оно везло нас, наконец — то, на заветный остров! Пока, довольные тем, что мы в пути, ехали по реке, на сердце было спокойно и радостно. Но вот река закончилась. Впереди блестнуло озеро и вдалеке показался шпиль Никольского храма на острове Толабск — Залита. Однако, чтобы проехать к острову по открытой воде, надо было пересечь ледяное поле, растянутое вширь и в глубь озера, и с виду чем то напоминающее целую Арктику. Только сейчас, видя это скопище льда, мы поняли о чем нам говорили островитяне! Как же можно пробиться сквозь эту толщу?! А ведь на пути к пристани мотобот больше часа протискивался через льды, пробивая путь другим легким катерам. Вот и сейчас наш ледокол использовал свою же колею на обратном пути к острову. Льдины, толщиной в 4 сантиметра, скрежетали по корпусу мотобота и, в какой то момент, мне показалось, что корабль вот-вот зажмет сейчас между льдами и мы встанем намертво, как Челюскинцы. С мольбой я смотрел на приближающийся контур острова, на храм, где батюшка служил Богу и людям более 40 лет. Двигатель ледокола работал с некоторой натугой, но уверенно и спокойно делал своё дело. Давай, братец, только не подведи! После плотной середины ледового поля катер вошел в шугу, смесь мелкого льда и снега. Это уже не такое серьёзное препятствие для нашего богатыря. Удивительное явление для новичков — только что было скопление льдов и, сразу, — чистая гладь воды с безмятежной рябью! Капитан обещает увезти нас сегодня же обратно во второй половине дня тем же путем. Мы ему, конечно, верим, и на душе, как и на озере, штиль и покой. А на берегу нас встречают собаки! Они вертятся среди людей, радостно лают в нашу сторону и машут нам хвостами, как-будто мы и есть их настоящие хозяева! Улыбаются нам своими собачьими улыбками, бескорыстно и прямодушно, ничего не прося взамен. Это особенность местных собак, одна из достопримечательностей батюшкиного острова. Здравствуйте, дорогие островитяне, здравствуйте, жители и служители этого необычайного края земли!

Наши украинцы

  Группа паломников,  которая  прибыла на пристань двумя машинами, оказалась из Украины. Надо сказать, что февраль никогда не был благоприятным месяцем для посещения острова. Сильные шторма в этот период и ледяной покров, закрывали остров надолго от большой земли вплоть до окончательного таяния льдов. Почему именно мы оказались здесь в это время года, нам было понятно, — короткий отпуск вынуждал к решительным действиям, связанными с риском : авось повезёт? У каждого из нас была своя причина во что бы то ни стало побывать у батюшки.  Встретить здесь людей в межсезонье нам было с одной стороны удивительно, а с другой стороны тревожно — это уменьшало наши шансы на удачную переправу. Как оказалось — всё было ровно наоборот. Более общительный отец Сергий сразу вышел из машины такси, где мы сидели спасаясь от холода, и пошёл с открытой душой навстречу священнику брать у него благословение. Наш водитель Игорь в это время слушал авторадио, привычно коротая минуты ожидания. Из динамиков слышался старый хит Макаревича, где как раз исполнялись такие слова: «Всё очень просто, сказки обман. Сказочный остров скрылся в туман.» Вот тебе и предсказание, — внедрилась откуда-то мысль. Ну уж нет, —  возразил я на это, — быть такого не может! Батюшка нас обязательно примет!  Вернулся дьякон Сергий и рассказал, что украинского священника зовут отец Петр, они 24 часа добирались до Пскова, а сейчас едут из Псково — Печерской Лавры. Сами они с прихожанами — из Винницкой епархии и принадлежат Московскому Патриархату. Их бывший архиерей переметнулся к раскольникам, а они стояли и стоять будут за «единую и неделимую». К батюшке на остров они ездят с 1995 года и, по его молитвам, всё у них хорошо. Да, украинцы — молодцы, нечего сказать! Кроме того, они привезли с собой много подарков : цветы в вазах, банки с вареньем-соленьем и что-то ещё в коробках  всякой всячины. Всё по — украински! — как выразился с восхищением о. Сергий. Когда подошёл мотобот, я вышел из машины. Тут и познакомились со вторым батюшкой. Отец Олех, — назвал он себя (украинский акцент смягчил последнюю букву его имени — Олег). Приветливые лица, лучистые глаза украинских прихожан снимают тревогу с сердца. Подходят под благословение, радуются тебе, будто своему, давно знакомому батюшке. Да… это подлинно  территория Любви, любви во Христе преподобного отца нашего Николая Псковоезерского! Он уже видит нас и приветствует, и молится с небес за своих многочисленных чад. Прибыв на остров, пошли вдоль берега на старое кладбище мимо церкви, где более сорока лет служил наш батюшка. Настоятель храма иеромонах Паисий уехал по срочным делам в город, промчался мимо нас на катере, когда мы плыли на мотоботе, помахав нам рукой. Храм был закрыт и побывать в церкви нам не пришлось. Поднимаемся на холм и входим на погост через арочные врата, расписанные по беленой штукатурке фигурами святых царственных страстотерпцев, как монастырские. Все собираемся у могилы батюшки Николая и начинаем готовиться служить панихиду. У батюшек с Украины есть, конечно, и кадило и ладан, и требник. Прихожане расставляют по сторонам могильного холма вазы с цветами, кладут букеты и на верх надгробия. Отец Петр принёс с собой целый пакет зерна и стал раздавать всем желающим покормить с рук местных голубей. Птицы мгновенно слетелись к могилке, словно ждали уже своего часа, и стали активно клевать зерна, нисколько не боясь нас, человеков. Мы тоже достали своё кадило и заправили его углем и ладаном, чтобы торжественно и соборно вознести общую молитву, и представить себе не могли, что будет такая благоговейная и праздничная обстановка! А батюшка знал! Служить возле могилы, как перед Престолом, всегда было ответственно и волнительно. А тут ещё холод так сковал мышцы, что губы и язык едва слушались нас. Но постепенно всё вошло в ритм и мысли окончательно сосредоточились на том, к кому мы приехали за помощью и благословением, на дорогом батюшке Николае. После молитвы стали помазываться маслом из неугасимой лампады, что расположена в специальном фонаре с дверцей. Почувствовалось, что стали все роднее друг другу, словно дети одного отца или, как говорится, одним миром мазаные. А разве не этого хочет от нас всех Господь? :»Да будут все едины!»  И от могилки уходить не торопились, вглядывались в портрет батюшки на кресте, что поставили при погребении в 2002-ом году. Рядом теперь стоит высокой деревянный крест — распятие, его водрузили позже. Кто — то кормил голубей с руки, кто — то делал снимки на память. Отец Петр отдельно помолился у могил матери о. Николая рабы Божией Екатерины и её верной подруги и сотаинницы рабы Божией Ольги. На обратном пути мы разговорились с отцом Петром. Делясь впечатлениями, пришлось перекрикивать шум двигателя мотобота. А дочка отца Петра — светлая душа — всё делала снимки на свой телефон, снимая нас, увлекшихся беседой, на память об этой незабываемой поездке. Вот и знакомая пристань, и пришла пора попрощаться! Отцы поедут на свою Украину и, кто знает, смогут ли они посетить остров в следующий раз из-за событий в их стране? Но как подумаешь, что за них молится такой старец, такой светоч Православия как отец Николай, в душе возникает уверенность, что по молитвам праведников Господь сохранит Украину. И светлая, как Ангел, девочка отца Петра ещё не раз вернется с любовью в Россию, сохраняя память о тех счастливых мгновениях, которые пришлось ей пережить на святых местах нашей общей святой Руси. Дай то Бог!

Келья отца Николая

Когда простые рыбаки Андрей и Петр, будущие апостолы, спросили у Господа: «Где ты живешь?», Спаситель ответил им: «Пойдите и увидите»,- приглашая учеников своих в дом где жил Сам и Матерь Его. И пробыли у Него тот день и уверовали в Него. Вот и мы сегодня устремляемся к дому праведника. Побывать в келье отца Николая может теперь каждый желающий. Наша цель — прикоснуться к внутреннему миру преподобного, его святости и, покаявшись Богу, испросить помощи у старца в делах духовных и житейских.    Домик батюшки расположен напротив кладбищенских ворот, на другой стороне улицы. В последние годы жизни он часто подходил к калитке у  забора и оттуда смотрел на могилки дорогой ему мамушки и покоящихся островитян и молился о них Господу. У этой калитки раньше бывало всё толпился народ, ожидая выхода батюшки к паломникам,  чтобы задать ему свои наболевшие вопросы и принять благословение и помазание «иерусалимским» маслицем. Закончив молитвы у  надгробия мы направились к  дому, где последние двадцать лет жил и трудился ради Христа и ближнего отец Николай Гурьянов. Очень скромное и небольшое по размеру жилище. В одной половине кухня с печью, в другой, на проход, спальня и молельня вместе — это и есть келья. Она прикрывалась двустворчатой дверью, за которой батюшка совершал в уединении и тишине свои драгоценные молитвы. Входя в эту комнатку попадаешь словно во Святая  Святых, наполненную  духовными реликвиями Нового Завета. Здесь присутствует особый дух. Порой кажется, что молитва ещё не остыла, а продолжает невидимо вершиться, и мы попадаем в её поле, наполненное тихим ангельским пением и кристальной  чистотой. Так оживляет своей свежестью воздух после утихшей грозы. Стоя в благоговейном трепете посреди кельи, я вспомнил случай, за который всегда раньше мысленно просил у батюшки прощение. Рядом от меня, молясь, находился отец Олег, и я попросил его исповедать меня и отпустить мне один грех. Дело было давно, во дни последнего моего посещения острова, когда батюшки вот уже года три как не стало с нами.  А в тот самый день, помнится, мы пришли помолиться в храм на праздник святого благоверного великого князя Александра Невского, память обретения мощей. Службы по какой-то причине не было, церковь была на замке, и я пороптал. Происшедшее занозой сидело во мне все эти годы. А на остров мне не было пути долгих 15 лет. Всё это  я и рассказал отцу Олегу.   Таинство исповеди принесло облегчение и радость. Получилось так, что как бы сам батюшка снял с меня епетимию и отпустил этот грех. Вместе с отцом Олегом мы ещё немного постояли перед спаленкой отца Николая. Возле  узкой  железной кровати, у спинки, хранилось в углу несколько  посохов. Я обратил внимание батюшки Олега на то, что эти посохи архиерейские и принадлежат они отцу Николаю. Будучи в сталинском лагере, его, собором епископов, таких же заключенных как и он, рукоположили в тайный епископский сан с именем Нектарий  на случай, если безбожная власть уничтожит большинство служащих архиереев и Цековь вынуждена будет уйти в подполье. Но этого бедствия Господь не допустил, и батюшка прослужил в своём протоиерейском сане до конца дней своих. Конечно, особо приближенные к нему келейницы знали об этой тайне и объявили её уже после кончины батюшки по предварительному его благословению.  Поминать же он себя завещал как протоиерея Николая, каким его и знали все в миру. Есть также предание о том, что тайный епископат через какое-то время присвоил батюшке сан архиепископа. Одно совершенно очевидно, что дар, которым обладал отец Николай, был высочайшим и в Небесной иерархии он и поныне служит Богу и людям наряду с Ангелами, и этому есть множество свидетельств его духовных чад. Тут мне припомнилось, как в 1995 году неожиданно побывал в келье батюшки по его приглашению. Я, годовалый священник, стоял тогда в очереди среди паломников, и когда подошел ближе к крыльцу дома, откуда батюшка благословлял каждого пришедшего к нему, келейница Валентина, по просьбе отца Николая, позвала меня в дом. У меня был целый тетрадный лист вопросов, которые я задавал по порядку батюшке, и слушал внимательно его ответы, впитывая  даже саму интонацию голоса, каким отвечал мне батюшка. Этот листок с ответами берегу до сих пор. Благодарность за такую  невероятную любовь переполнила серде, и мне захотелось от всей души обнять этого подвижника. Неожиданно для самого себя я предложил : «Давайте облобызаемся как священники!» Батюшка, вроде, как не расслышал и переспросил. Я повторил просьбу, но уже с меньшей уверенностью. Он выдержал паузу, молясь о чем-то, возможно прозревая мою будущность, и был при этом серьезен на вид. Я уже укорял себя за дерзость, но тут он взглянул  на меня радушно и согласился, протягивая правую руку : «Давайте!» Мы, как положено, три раза приложились друг ко другу и я поцеловал батюшкину руку. Этот эпизод я потом долго воспроизводил в своей памяти, пытаясь проникнуть в суть  впечатления, которое получил в тот момент. Мне тогда  хотелось почувствовать тепло дорогого человека, чтобы сохранить его надолго в памяти. Рука же батюшки, казалось,  была сделана из сухого дерева. Телесного тепла она не источала, но при этом не была безжизненной, а скорее —  бесстрастной. Такой образ монашеского совершенства! Мы разговаривали на кухонке за небольшим столом, батюшка сидел на старом стуле с высокой спинкой, я — на табурете. Поднявшись, он быстро прошел в свою молельню и вернулся с книгой в руках. Книга, оказалась сборником кантов с нотами к ним, автором её был сам батюшка. «Это вам» — протянул мне книгу батюшка — Вам и вашим внукам!»  Вот так, да! — растерялся я, внуков то у меня тогда ещё не было. Уже после сообразил —  надо же было попросить его сделать дарственную надпись! Но…пропущенного не вернуть! Батюшка торопил, ведь его ждали другие паломники. Я откланялся, унося с собой ценный подарок в руках, а в сердце —  бесценные дары общения с Божиим человеком. Вот и сегодня, покидая келью отца Николая, все мы были переполнены благостных чувств, которые возобновили нашу веру и желание донести свой крест до конца, с Божьей помощью и по молитвам отца нашего протоиерея Николая, в тайном монашестве епископа Нектария. На память о посещении  батюшки мы взяли с собой карточки с ликом старца. Батюшка смотрел на нас с фотографии как на детей, с жалостию и мольбой.  «Поезжайте с Богом, поспешите, пока солнышко!» — так, помнится, провожал всех с острова отец Николай. И действительно, солнечный день сегодня на какое -то время стал по — весеннему теплым. Пригревало, и об утреннем холоде как-то позабылось, а напрасно — на горизонте уже появились темные тучки. Ветер тоже сменился и тепло стало быстро таять. Надо бы поторопиться «пока солнышко!» Ещё раз помолились перед отплытием : «Батюшка, благословите на дорожку! И чтобы снова к вам вернуться!» С благодарностью Богу кланяемся, прощаемся с гостеприимным островом, машем руками. И, словно в ответ на эту просьбу, откуда-то из недр памяти, на волне попутного ветра, донесся неповторимый голос батюшки :»Милости просим!»


1.     Молебен на закладку новой пристани на реке Толба

2. Посадка на мотобот

    3. Река Толба

4.     Ледовый путь

5.     Ледяная шуга на Псковском озере

6.  Остров Талабск (Залита)

7.     Никольский храм на острове

8.     Врата (или вход) на кладбище

9.     Могила батюшки Николая Гурьянова на местном кладбище

10.  Старец Николай Гурьянов ( 2002 год)

11.  Батюшка Николай вышел на помазание с «Иерусалимским маслицем»

12.     Панихида на могиле старца

13.  Голуби

14. Отец Пётр и диакон Сергий у могилки старца

15.     Кладбищенские врата с видом на домик, западный фасад.

16. Часовня Николая Чудотворца на острове Талабск и поклонный крест

17. Домик батюшки Николая

18.     Кухня в келье батюшки Николая. Правый угол

19. Кухня в келье батюшки Николая. Левый угол

20.  Спаленка батюшки Николая. В правом углу его Архиерейские посохи.

21. Подрясник батюшки Николая

22. Батюшкин стул на кухне

23.  Икона  царя Иоанна Грозного на столике в кухне батюшкиной кельи

24.     В келье батюшки. Правая сторона

25.  Батюшка Андрей Рыжаков с гостеприимными островитянами Натальей Соловьёвой с мужем и дочерью

26. Отец Андрей Рыжаков и отец Пётр с Украины

27.  Диакон Сергий Бобров и Николай Новосёлов

28. Диакон Сергий Бобров и отец Андрей Рыжаков

29.     Отец Андрей, диакон Сергий перед отплытием

30. Солнце над озером Псковским. Обратный путь

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *